チェーホフの短編小説「たわむれ」を読む

Шуточка (1886)
『たわむれ』（１８８６）

Антон Павлович Чехов
アントン・パーヴロヴィチ・チェーホフ

Ясный зимний полдень...

　　「澄んだ冬の真昼、、、」

Мороз крепок, трещит, и у Наденьки, которая держит меня под руку, покрываются серебристым инеем кудри на висках и пушок над верхней губой.

「寒波が強まり、パキパキと音がする。ぼくの腕をつかんでいるナージェンカは額にかかるくせっ毛や上唇のうぶ毛が銀色の霜に覆われている。」

　　у кого～という表現のニュアンスをつかんでください。これが分かると

　　いろいろ応用が利きます。

　　иней霜
　　високこめかみ
　　пухうぶ毛

Мы стоим на высокой горе.

「ぼくらは高い丘に立っている」

От наших ног до самой земли тянется покатая плоскость, в которую солнце глядится, как в зеркало.

「ぼくらの足元から一番下までゆるい勾配の平面が伸び、そこは太陽がまるで鏡面に照り返したようだった」

　　покатыйゆるい勾配
　　плоскость平面
　　глядеться照り返す

Возле нас маленькие санки, обитые яркокрасным сукном.

「ぼくらのそばには小さな、真っ赤なラシャの打ちつけられた橇がある」

　　сукноラシャ

- Съедемте вниз, Надежда Петровна!
- умоляю я.

「降りてみましょうよ、ナジェージダ・ペトローヴナ！」懇願するぼく。

- Один только раз! Уверяю вас, мы останемся целы и невредимы.

「たった一度でいいから！　保障しますって、絶対安全だから」

　　целый и невредимый無事息災

Но Наденька боится.

　　「でもナージェンカは恐れている」

Все пространство от ее маленьких калош до конца ледяной горы кажется ей страшной, неизмеримо глубокой пропастью.

「彼女の小さなオーバーシューズから氷の山の終いまでの空間すべてが彼女には恐ろしく、計り知れないほど深い深遠に思われるのだ」

У нее замирает дух и прерывается дыхание, когда она глядит вниз, когда я только предлагаю сесть в санки, но что же будет, если она рискнет полететь в пропасть! Она умрет, сойдет с ума.

「彼女は下を覗き込んで、ぼくが橇に座ることを提案しただけで、息も絶えだえ呼吸も止まりそうなのに、深遠に向かって飛び出そうものなら一体どうなってしまうことか。彼女は死んでしまうか気が違ってしまうだろう」

- Умоляю вас! - говорю я.- Не надо бояться! Поймите же, это малодушие, трусость!

「『どうかお願いだから！』ぼくが言う。『怖がらなくても大丈夫！わかるでしょう、そんなの怖がり、臆病ってもんですよ！』」

Наденька, наконец, уступает, и я по лицу вижу, что она уступает с опасностью для жизни. Я сажаю ее, бледную, дрожащую, в санки, обхватываю рукой и вместе с нею низвергаюсь в бездну.

「ナージェンカはついに前に進み出る、ぼくはその表情から、彼女が命がけで一歩を踏み出したことが分かった。ぼくは真っ青になって震える彼女を橇に座らせ、腕で抱え込んで一緒に奈落めざして落下する」

Санки летят, как пуля. Рассекаемый воздух бьет в лицо, ревет, свистит в ушах, рвет, больно щиплет от злости, хочет сорвать с плеч голову. От напора ветра нет сил дышать.

「橇はまるで弾丸のように飛ぶ。身を切るような空気が顔を打ち、唸りを上げ、耳元で風を切る音がし、吹き抜け、意地悪なほどの痛みで引き剥がし、肩から首を引きちぎろうとする。風圧で息をする力も出ない」

　　рвать
　　реветь
　　щипать

Кажется, сам дьявол обхватил нас лапами и с ревом тащит в ад. Окружающие предметы сливаются в одну длинную, стремительно бегущую полосу... Вот-вот еще мгновение, и кажется,- мы погибнем!

「まるで悪魔みずから両手でぼくたちを抱えて咆哮をあげて地獄に引きずっていくようだった。周囲のものがひとつの長くて、急速に動く帯に溶け合った、、、これだ、この一瞬で、たぶん、ぼくらは死んでしまうんじゃないか！」

　　рев

- Я люблю вас, Надя! - говорю я вполголоса.

「『ぼく　あなたが　好きです、ナージャ！』　小声で言うぼく。」

Санки начинают бежать все тише и тише, рев ветра и жужжанье полозьев не так уже страшны, дыхание перестает замирать, и мы, наконец, внизу. Наденька ни жива ни мертва.

「橇はしだいにゆっくりとなり、風の唸りや滑走の音もそれほど恐ろしいものではなくなり、息もできるようになって、ぼくたちはついに下についた。ナージェンカは生きた心地もしないようだった。」

　　жужжание
　　полоз

Она бледна, едва дышит... Я помогаю ей подняться.

「彼女は青ざめ、やっとのことで息をしていた、、、　ぼくは彼女が立ち上がるのを手伝う」

- Ни за что в другой раз не поеду,- говорит она, глядя на меня широкими, полными ужаса глазами.- Ни за что на свете! Я едва не умерла!

「『これ以上はもう絶対乗りませんわ』　彼女は大きく見開いた恐怖でいっぱいの目でぼくを見ながら言う。『どんなことがあっても！　わたし死んでしまうところでした！』」

　　ни за что на свете

Немного погодя она приходит в себя и уже вопросительно заглядывает мне в глаза:

「彼女は落ち着きを取り戻すためほんの少し待って、いぶかしげにぼくの目をのぞきこんでいる」

　　погодить
　　прйити в себя

я ли сказал те четыре слова, или же они только послышались ей в шуме вихря? А я стою возле нее, курю и внимательно рассматриваю свою перчатку.

「その四つの言葉を言ったのはぼくだろうか、それともそれはただ旋風のざわめきの中で聞こえただけなのか？一方、ぼくは彼女のそばに立ち、タバコを吸いながら注意深く自分の手袋を眺めているのだった」

Она берет меня под руку, и мы долго гуляем около горы. Загадка, видимо, не дает ей покою.

「彼女はぼくの腕をつかんで、そしてぼくらは長いこと山の周囲を散歩する。謎が明らかに、彼女を落ち着かせないようだ」

Были сказаны те слова или нет? Да или нет?

「その言葉は発せられたのか否か？　そうなのか違うのか？」

Да или нет? Это вопрос самолюбия, чести, жизни, счастья, вопрос очень важный, самый важный на свете.

「そうなのか違うのか？　これは自尊心、名誉、人生、幸福の問題、この世でとても重大、本当に重大な問題である」

Наденька нетерпеливо, грустно, проникающим взором заглядывает мне в лицо, отвечает невпопад, ждет, не заговорю ли я.

「ナージェンカはじれったく、悲しそうに、伺うような眼差しでぼくの顔を覗き込み、的外れな受け答えをしながら、ぼくが話を切り出すか否か待っている。」

　　нетерпеливо проникать взор невпопад

О, какая игра на этом милом лице, какая игра! Я вижу, она борется с собой, ей нужно что-то сказать, о чем-то спросить, но она не находит слов, ей неловко, страшно, мешает радость...

「ああ、この小さな顔の揺らめき、なんという表情の揺らめきだろう！　ぼくは彼女が自分自身と戦っているのがわかる、何かを言わなければならない、何かを尋ねなければならない、と。しかし彼女は言葉を見つけることができず、気まずく恐ろしい。喜びが邪魔をするのだ、、、」

　　игра бороться

- Знаете что? - говорит она, не глядя на меня.　- Что? - спрашиваю я.
- Давайте еще раз... прокатим.

「『あのう？』ぼくに目をやらずに彼女は言う。『なんです？』聞き返すぼく。『もう一度、行きません？、、、滑りに』」

Мы взбираемся по лестнице на гору.

「ぼくたちは階段づたいに山によじ登る」

　　взобраться＝взбираться

Опять я сажаю бледную, дрожащую Наденьку в санки, опять мы летим в страшную пропасть, опять ревет ветер и жужжат полозья, и опять при самом сильном и шумном разлете санок я говорю вполголоса:

「またしてもぼくは真っ青で震えるナージェンカを橇に座らせる。再びぼくらはおそろしい深遠に向かって飛び出し、また風が唸りをあげスキーが軋る。そしてまたしても橇の勢いがもっとも強く騒がしくなったあたりでぼくは小声で言う」

　　сажать＝посадить дрожащий разлет

- Я люблю вас, Наденька!

「『ぼく　あなたが　好きです、ナージェンカ！』」

Когда санки останавливаются, Наденька окидывает взглядом гору, по которой мы только что катили, потом долго всматривается в мое лицо, вслушивается в мой голос, равнодушный и бесстрастный, и вся, вся, даже муфта и башлык ее, вся ее фигурка выражают крайнее недоумение.

「橇が止まったときナージェンカは、たった今ぼくらが滑った坂をじいっと眺めその後ぼくの顔を長いこと見つめる。そっけない落ち着き払ったぼくの声に聞き入っている。すべて、すべての、彼女のムフと防寒ずきんさえも、彼女の姿ぜんぶがこれ以上ないほどの不審を表していた。」

　　окидывать＝окинуть
　　всматриваться＝всмотреться
　　вслушиваться＝вслушаться бесстрастный
　　муфта башлык недоумение

И на лице у нее написано:

「そして彼女の顔にはこう書いてあった」

"В чем же дело? Кто произнес те слова?
Он, или мне только послышалось?"

「『一体どういうことなの？　どこからこの言葉はもたらされたの？ 彼なの、それともそんな風に聞こえただけなのかしら？』」

　　послышаться＝слышаться

Эта неизвестность беспокоит ее, выводит из терпения. Бедная девочка не отвечает на вопросы, хмурится, готова заплакать.

「この明らかでないことが彼女を不安にし、いらいらさせる。哀れな少女は質問にも答えず、今にも泣き出しそうに顔を曇らせる。」

　　вывести из терпения
　　хмуриться

- Не пойти ли нам домой? - спрашиваю я.
- А мне... мне нравится это катанье,- говорит она краснея.- Не проехаться ли нам еще раз?

「『家に戻ったほうがいいんじゃないですか？』ぼくは尋ねる。『でもわたし、、、滑るの気に入ってしまいました－彼女は赤くなって言った－もう一度行ってみません？』」

　　проехаться

Ей "нравится" это катанье, а между тем, садясь в санки, она, как и в те разы, бледна, еле дышит от страха, дрожит.

「彼女は『気に入った』のだ、この橇滑りが。であるのに橇に座りながら彼女はちょうど前回と同じように真っ青になり、恐怖でようやく息をしているありさまで、震えている。」

Мы спускаемся в третий раз, и я вижу, как она смотрит мне в лицо, следит за моими губами. Но я прикладываю к губам платок, кашляю и, когда достигаем середины горы, успеваю вымолвить:

「ぼくらは三度目の滑降にはいる。そこでぼくは彼女がぼくの顔を見つめ、ぼくの唇の動きを追っているのが見える。しかしぼくはハンカチを口にあて咳をする。山の中腹に達したとき、口に出す」

　　приложить,прикладывать
　　вымолвить

- Я люблю вас, Надя!

「『ぼく　あなたを　愛しています、ナージャ！』」

И загадка остается загадкой! Наденька молчит, о чем-то думает... Я провожаю ее с катка домой, она старается идти тише, замедляет шаги и все ждет, не скажу ли я ей тех слов. И я вижу, как страдает ее душа, как она делает усилия над собой, чтобы не сказать:

「それで謎は謎のまま残る！　ナージェンカは黙って、何か考え事をしている、、、ぼくはゲレンデから彼女を家まで連れて行く。彼女は静かに歩こうと努め、歩みを緩めてすべてを、ぼくがあの言葉を言わないかどうかを待っている。ぼくは彼女が心を痛めて、こんなことを言わないよう自分を抑えているのが分かる」

　　замедлить, замедлять

"Не может же быть, чтоб их говорил ветер! И я не хочу, чтобы это говорил ветер!"

「『風があの言葉を言うなんて、そんなことあるはずがない！　それにわたしも風が言ったんじゃないほうがいいもの！』」

На другой день утром я получаю записочку: "Если пойдете сегодня на каток, то заходите за мной. Н."

「翌日の朝、ぼくはメモを受け取る：『本日もしゲレンデに行かれるのなら、わたくしのところへお立ち寄りください。エヌ』」

И с этого дня я с Наденькой начинаю каждый день ходить на каток и, слетая вниз на санках, я всякий раз произношу вполголоса одни и те же слова:

「この日からぼくとナージェンカは毎日ゲレンデへ通い、スキーで下に滑降しながらぼくはいつも小声で同じあの言葉を口にするのだった」

- Я люблю вас, Надя!

「『ぼくあなたを愛しています、ナージャ！』」

Скоро Наденька привыкает к этой фразе, как к вину или морфию. Она жить без нее не может.

「そのうちナージェンカはワインかモルヒネのようにこのフレーズに慣れてしまう。彼女はそれなしには生きることができない」

　　морфий

Правда, лететь с горы попрежнему страшно, но теперь уже страх и опасность придают особое очарование словам о любви, словам, которые попрежнему, составляют загадку и томят душу.

「たしかに、山からの滑降は以前同様恐ろしいが、しかし現在ではもう恐怖と危険は愛の言葉、まえと同じように謎を形づくり心を疲れ果てさせる言葉に特別な魅力を与えているのだ」

　　очарование
　　томить

Подозреваются все те же двое: я и ветер... Кто из двух признается ей в любви, она не знает, но ей, повидимому, уже все равно;

「ぼくと風、そのどちらもが疑わしく思える、、、どちらが彼女に愛を告げるのか彼女には分からない、しかし、どうやらもう彼女にとってはどうでもいいらしい」

　　признаться

из какого сосуда ни пить - все равно, лишь бы быть пьяным.

「どちらの器から飲もうと－同じことではないか、酔ってしまえば」

　　сосуд
　　лишь бы

Как-то в полдень я отправился на каток один; смешавшись с толпой, я вижу, как к горе подходит Наденька, как ищет глазами меня...

「ある日の昼ごろ、ぼくは一人でゲレンデの方へ足を向けた。人だかりにまぎれたぼくは、ナージェンカが山の方へ歩いてゆき、目でぼくを探しているのがわかった、、、」

　　смешаться
　　толпа

Затем она робко идет вверх по лесенке... Страшно ехать одной, о, как страшно! Она бледна, как снег, дрожит, она идет, точно на казнь, но идет, идет без оглядки, решительно.

「その後小さな階段沿いにこわごわと上っていく、、、　一人で滑るのは恐ろしい、ああ、なんて恐ろしい！　彼女は雪のように青ざめ、震えている。彼女はまさに処刑に向かうように歩いてゆく、しかし歩いてゆくのだ。わき目もふらず決然と歩いてゆく。」

　　робко
　　лесенка
　　оглядка

Она, очевидно, решила,наконец, попробовать: будут ли слышны те изумительные сладкие слова, когда меня нет?

「彼女は、おそらく、ついに試すことに決めたらしい、つまり、僕がいなくてもあのすばらしく甘い言葉が聞こえるのかどうか、を。」

　　изумительный

Я вижу, как она, бледная, с раскрытым от ужаса ртом, садится в санки, закрывает глаза и, простившись навеки с землей, трогается с места...

「ぼくは見ている。彼女が青ざめ恐ろしさで口を開いたまま橇に乗り込み、この世と永遠のお別れをしてその場から出発するのを、、、」

　　рот
　　проститься
　　трогаться

"Жжжж"... жужжат полозья. Слышит ли Наденька те слова, я не знаю...

「『ジジジジ、、、』スキーが軋む。ナージェンカがあの言葉を耳にしたのか否か、僕は知らない、、、」

Я вижу только, как она поднимается из саней изнеможенная, слабая.

「僕にはただ、疲れ果てて弱々しい彼女が橇から立ち上がるのが見えるだけだった」

　　сани
　　изнеможенный

И видно по ее лицу, она и сама не знает, слышала она что-нибудь или нет.

「そして彼女の顔からは、何かを耳にしたのかどうか彼女自身わからなかった様子が見てとれた」

Страх, пока она катила вниз, отнял у нее способность слышать, различать звуки, понимать...

「下まで滑る際の恐ろしさは彼女から聞き取り、音を分別し理解する力を奪ってしまったのだった、、、」

　　отнять

Но вот наступает весенний месяц март... Солнце становится ласковее. Наша ледяная гора темнеет, теряет свой блеск и тает, наконец.

「しかし三月の、春の月が訪れる、、、　太陽はもっと柔らかくなる。ぼくらの雪山は黒くなり、その輝きを失って溶けていく。おしまいだ」

　　блеск

Мы перестаем кататься. Бедной Наденьке больше уж негде слышать тех слов, да и некому произносить их, так как ветра не слышно, а я собираюсь в Петербург - надолго, должно быть навсегда.

「ぼくらは雪滑りをやめる。かわいそうなナージェンカはもうその言葉を聞ける場所がないし、それを言ってくれる人もいない。それというのも風は聞こえないし、また、ぼくはペテルブルグへ出発してしまう。長期間、おそらく永久に。」

Как-то перед отъездом, дня за два, в сумерки сижу я в садике, а от двора, в котором живет Наденька, садик этот отделен высоким забором с гвоздями...

「出発前のある、二日ほど前の日暮れ時にぼくが小庭に座っていた。ナージェンカの住む家の敷地とこの小庭は釘のついた高い塀で隔てられている、、、」

　　сумерки
　　садик
　　забор

Еще достаточно холодно, под навозом еще снег, деревья мертвы, но уже пахнет весной, и, укладываясь на ночлег, шумно кричат грачи.

「まだかなり寒く、厩肥の下にはまだ雪が残っているし、木々は死んだようだ。しかし、春の匂いが感じられ、ミヤマガラスが寝床に横になりながら、騒がしく鳴いている」

　　навоз
　　ночлег
　　грачи

Я подхожу к забору и долго смотрю в щель. Я вижу, как Наденька выходит на крылечко и устремляет печальный, тоскующий взор на небо... Весенний ветер дует ей прямо в бледное, унылое лицо...

「ぼくは塀に近づき長いことその割れ目から見ていた。ぼくが見ると、ナージェンカが玄関のポーチまで出てきて、悲しくふさいだような眼差しを空に向けていた、、、　春風が彼女の青ざめた物憂げな顔にじかに吹きつける」

　　щель
　　крылечко
　　устремлять
　　тосковать
　　взор
　　дуть
　　унылый

Он напоминает ей о том ветре, который ревел нам тогда на горе, когда она слышала те четыре слова, и лицо у нее становится грустным, грустным, по щеке ползет слеза...

「それは彼女にあの風を思い出させる。彼女があの４つの言葉を聞いたときに山の上でぼくらに吹きつけた風を。すると彼女の顔は悲しげになり、悲しげに涙が頬を伝うのだった、、、」

　　рвать
　　ползти

И бедная девочка протягивает обе руки, как бы прося этот ветер принести ей еще раз те слова. И я, дождавшись ветра, говорю вполголоса:
- Я люблю вас, Надя!

「そして哀れな少女は両手を伸ばして、この風がもう一度その言葉を運んできますように、とお願いするかのようだった。そこで風を待ってぼくは小声で言う。『ぼく　あなたを　愛しています、ナージャ！』」

　　протягивать
　　просить

　　Боже мой, что делается с Наденькой!
　　Она вскрикивает, улыбается во все лицо
　　и протягивает навстречу ветру руки,
　　радостная, счастливая, такая красивая.

　　「ああ、ナージェンカの様子といったら！　声を上げて、満面の笑みを浮かべ
　　風に向かって手を伸ばしている。楽しそうに、幸せそうに、あんなにも
　　美しく。」

　　вскрикивать
　　навстречу

　　А я иду укладываться...

　　「ぼくは荷造りに戻る、、、」

　　укладываться＝уложить

　　Это было уже давно.
　　Теперь Наденька уже замужем;
　　ее выдали или она сама вышла
　　- это все равно, за секретаря дворянской
　　опеки, и теперь у нее уже трое детей.

　　「それもだいぶ以前の話だ。今ではナージェンカはもう結婚している。
　　嫁にやられたのか自ら行ったものか、どうでもいいことだが、貴族保護会の
　　秘書と結婚し、現在３人の子持ちだ。」

　　выдать
　　опека

　　То, как мы вместе когда-то ходили на каток
　　и как ветер доносил до нее слова
　　"я вас люблю, Наденька", не забыто;
　　для нее теперь это самое счастливое,
　　самое трогательное и прекрасное
　　воспоминание в жизни...

　　「いつだったかぼくらが一緒にゲレンデに行き、風が彼女に
　　『ぼくはあなたを愛してる、ナージェンカ』という言葉をもたらしたことなどは
　　忘れずにいる。彼女にとって今ではそれは人生でもっとも幸福で感動をよぶ
　　すばらしい思い出なのだ、、、」

　　А мне теперь, когда я стал старше,
　　уже не понятно, зачем я говорил те слова,
　　для чего шутил...

　　「だが、今、歳をとってみると、ぼくにはわからなくなっているのだ、
　　どうしてあの言葉を口にし何のためにたわむれたのかということが、、、」